в Ехо дела не бывают плохи

  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: любимые авторы (список заголовков)
17:35 

"Дорога ветров", Диана Уинн Джонс

carpe diem
Вторая часть "Квартета Дейлмарка" неожиданно оказалась о других героях. И совсем с иной атмосферой. Раньше была дорога, музыка, странствия, теперь - тоже дорога, только по морю, и штормы, и грозовое небо, и бесконечная вода кругом, и яхта, которая мчится под всеми парусами. Чудесно. И полный эффект погружения. Ты находишься прямо там, путешествуешь вместе с Миттом, Хильди и Йиненом, узнаёшь новое - и страшное - о борьбе за свободу в этой красивой, но несчастной стране.
У Митта жизнь была потруднее, чем у Морила. Он слишком рано потерял отца, слишком рано оказался втянут в Сопротивление... И в целом книга гораздо более жестокая. Дети работают без устали, чтобы прокормиться, любых мятежников сразу убивают, заговоры сразу раскрывают, безуспешная борьба ничего не меняет. А графы грызутся, как собаки, за власть, сыновья заказывают убийство родного отца... Всё очень плохо. И взрослые как-то бессильны перед всем этим ужасом, мало того, самый благородный и храбрый взрослый оказывается самым гнусным и мерзким. Лучик света в этом тёмном царстве - только дети.
Как и в первой книге, дети тут замечательные. Митт, на редкость независимый, самостоятельный, сильный мальчишка, который, правда, не очень-то готов к взрослой жизни и совершает ожидаемые ошибки, но тем не менее - он добр и смел, он чист душой. Хильди - упрямая и своенравная, не девочка, а гроза, много кричит и злится, но выгодно отличается от своих слабых-трепетных кузин. Йинен - спокойный, твёрдый характером мальчик, самый, пожалуй, тёплый из всех троих. Эти трое - как небо и земля, совсем не похожи друг на друга и не встретились бы, не сведи их вместе война, побег от войны. И они, кажется, потихоньку начинают становиться друзьями. Нет, эта дружба не возникла из воздуха, на её пути много преград, и разница между Миттом и Хильди с Йиненом слишком велика, но... они будут, я чувствую, сражаться вместе, они научатся дружить по-настоящему.
И снова, как в первой части, герои стремятся на свободный Север. И снова дети должны сыграть свою роль в войне. И снова что-то волшебное, неземное вмешивается в земные события - была музыка, которая двигает горы и меняет мир, теперь вот Великие, способные повелевать землями и морями... И снова история оборвалась на самом интересном месте! "Квартет Дейлмарка" немного проще, чем, например, "Заговор мерлина", моя пока что любимая книга у Дианы Уинн Джонс, и немного больше похож на детскую сказку, но всё же - я не могу оторваться и хочу скорее узнать, что там, впереди.
Срочно покупать третью книгу!

@темы: книги, любимые авторы

15:12 

"Лето, прощай", Рэй Брэдбери

carpe diem
Война детей и стариков. Потому что дети не хотят взрослеть, а старики - воплощение Времени, Старости, увядания и умирания... Они, а ещё часы на городской башне - ведь этот жестокий механизм отсчитывает минуты, руководят жизнью: встань, оденься, иди в школу, обедай, ложись спать... умирай... Война детей со Временем, неумолимым и беспощадным. Люди умирают. Это закон природы. Но повзрослевший Дуглас Сполдинг, его брат Том, его друзья - они не хотят умирать. Они намерены изменить мироздание, которое велит всем стареть и болеть, а жизни - кончаться. Нет, им нужна вечная жизнь!
Я прощалась с летом с помощью этого романа, но не сказала бы, что он светлый и добрый, сияющий и солнечный, как "Вино из одуванчиков". Он печальный. И очень взрослый. Мечта о вечной юности - такая детская и наивная, но так близка мне, так глубоко трогает что-то внутри, и хочется тоже объявить войну Времени, как эти дети-подростки, хочется кричать во всё горло "Я не хочу взрослеть, я хочу жить вечно!" Жить вечно - в детстве, в ту волшебную пору, когда весь мир вокруг удивительный и прекрасный, на каждом шагу - открытие, каждая мелочь - чудо. У взрослых скучная жизнь. А старики так и вовсе пытаются погубить молодых, украсть их свободу и счастье, сделать их такими же унылыми и скучными, как они сами...
Но каждый старик был когда-то мальчиком. И в этих мальчишках, неукротимых, весёлых, глупых, по-детски жестоких, свободных каждый старик видит себя. И даже мальчишки в конце концов видят что-то - и война теряет всякий смысл. Зачем война, если можно сесть на веранде в мягких сумерках и поговорить, задать старикам вопросы о вечности, о сокровенных тайнах жизни, о самом важном и нужном... задать и слушать, затаив дыхание, ведь эти скучные и злые старики на самом деле очень много знают. И могут поделиться мудростью.
Гринтаун, город солнца и лета, изменился. Всё в нём меняется - люди умирают, часы на башне бьют, осень сменяет лето, дети растут... так и должно быть. Жизнь - это движение вперёд. Нельзя жить вечно, все мы умрём когда-нибудь, но можно превратить свою невечную жизнь во что-то искристое и наполненное смыслом - невероятное.

@темы: книги, любимые авторы

22:09 

"Персики для месье кюре", Джоанн Харрис

carpe diem
А всё же настоящим домом Вианн всегда был Ланскне. Этот маленький городишко на берегу реки Танн, который она покинула восемь лет назад, но с которым её связывает много, слишком много, чтобы просто так забыть и жить дальше. Ланскне - это вкус горячего шоколада на губах, тёплые персики с ароматом солнца, терпкий дым от костра речных цыган, звон колоколов церкви в воздухе раннего утра. Это люди - обычные и необычные, добрые и жестокие, счастливые и несчастные, друзья и враги. Это жизнь. Это магия. Та самая, маленькая, домашняя магия амулетов и шоколадок - Вианн не может без неё, как не может и без Ланскне. Мне кажется, она вернулась не только из-за письма Арманды. Ей нужно было не только спасти Рейно и Женщину в Чёрном, но и для себя понять кое-что важное. Она же теперь не уедет в Париж, правда? Она останется дома.
Третья часть трилогии - не о волшебстве. О нём, конечно, тоже, но самую малость, а больше всего - о людях. Разных культур, вероисповеданий, традиций. Людях, которые совсем не похожи друг на друга и потому к чужакам (а все непохожие, другие - чужаки) относятся с подозрением. Как легко обитатели Маро поверили, что священник чуждой религии поджёг дом Инес - хотя на самом-то деле это сделала девушка их общины, их народа. Как легко вспыхнула война между этими разными людьми. Одной искорки хватило... Ненавидеть же гораздо проще, чем любить. Осуждать и ставить клеймо проще, чем понимать. Коренные жители Ланскне не захотели по-настоящему понять пришлых магрибцев, а те, в свою очередь, - их. Все эти кофейные вечера, милые разговоры и призывы к толерантности - лишь слова, так ведь принято, так велит церковь и совесть - принимать всех людей, независимо от религии, одежды, языка, а жители Ланскне - примерные христиане.
Только вот их добродетель напускная, никому не было дела до Инес Беншарки, и свои, и чужие обвиняли её во всех смертных грехах. Почему? Просто она другая. Прячет лицо под никабом, ни с кем не общается, а Карим Беншарки ей кто? Ну конечно, любовник, она же соблазнила его, околдовала своей тёмной магией, она ведьма и злодейка, таким не место среди нормальных людей! Но именно красавец Карим оказался злодеем, а Инес... она жертва. Злых, жестоких, бездушных мужчин - и своей культуры тоже, именно эта культура делает мужчину богом, а женщину - ничтожным, бесправным созданием, чуть что - орудием дьявола. Разумеется, винить женщину с точки зрения мусульман правильно и естественно. Страшная культура. Что бы там ни говорили об уважении к религиям - такой религии я никогда не пойму.
Люди меняются. Очень сильно - кардинально! - изменился и Франсис Рейно. Восемь лет прошло с событий первой книги, а он из проповедника христианской морали, врага всех, кто хоть немного не похож, стал... не совсем уж как Вианн, конечно, но куда спокойнее, терпимее. Здесь уже не только религия, но и личность самого Рейно - он любит свою деревню, он даже от церкви готов отказаться, лишь бы не покидать Ланскне, да и жители деревни ему как родные. И они по-своему привязаны к нему. Новый священник, хоть и более прогрессивный, не нужен им, они привыкли к Рейно, он же был с ними всю их жизнь. А Рейно в чём-то и лучше своих подопечных - он-то хотел помочь Инес, он-то хотел понять её, и культуру эту тоже.
Не зря Вианн оказалась этакой точкой равновесия в противостоянии двух столь разных культур. Она ведь глубоко чужда религии - хоть христианской, хоть мусульманской, для неё люди - просто люди, в джинсах или хиджабе, не важно, просто люди со своими проблемами, своей душевной болью, своим одиночеством. Шоколад, персики и улыбка помогли Вианн понять Инес и прочих обитателей Маро... да и себя тоже. Теперь-то она знает, где её настоящий дом.
Волшебная трилогия. Очень тёплая и летняя, несмотря на все беды, потери и печали, которых тут с лихвой. У неё привкус горячего шоколада со щепоткой корицы и перца, запах реки и персиковых деревьев, а главное чувство... пожалуй, полнота жизни. Ветер в крыльях распахнутых рук. После книг Джоанн Харрис - многих, но особенно этих трёх - просто хочется жить.

@темы: книги, любимые авторы

00:56 

«Долгая Прогулка», Стивен Кинг

carpe diem
- Гаррати, зачем мы это сделали? Наверное, мы тогда сошли с ума.
- Думаю, настоящей причины нет.


Сто мальчишек вышли на Долгую Прогулку. Игра на выживание. Нужно шагать, не сбавляя скорость, а если секунду помедлишь — получишь предупреждение. Три предупреждения, вместо четвёртого — пуля. Сто мальчишек, а закончит Прогулку только один. Они идут миля за милей, без остановки... дождь, гроза, крутые подъёмы, усталость, натёртые ноги, солнечный удар, голод, судороги, приступ аппендицита — это всё не важно, ведь останавливаться нельзя; солдаты Сопровождения даже пальцем не шевельнут, хоть ты умирай прямо у них на глазах. Прогулка — зрелище. Зрители собираются, чтобы ободрить тех, на кого они поставили деньги, и поглазеть на смерть. Да, они тайно мечтают увидеть, как солдаты застрелят кого-нибудь, как кто-то из этих мальчишек рухнет на дорогу и больше не встанет. Им страшно, жутко, немного противно, а всё-таки интересно. Что ж, жестокая, бессмысленная смерть в этом мире — норма.
Почему так? Почему дети согласились на это? Мы никогда не узнаем. Этот мир надёжно хранит свои секреты. А ведь это самый главный вопрос — почему? Китнисс и другие трибуты не хотели участвовать в Голодных играх, из заставил тиран, ведь он держит страну в страхе, а на Прогулку мальчишки записываются сами и с нетерпением ждут жеребьёвки, которая решит, в основной или запасной состав они пройдут. Родители отговаривают их, но без толку — дети сами выбирают смерть. Почему? Может, их так сильно привлекает Приз — исполнение любого желания, а ещё деньги, много денег? Может, они хотят показать себя взрослыми и самостоятельными? А может, они думают, Прогулка — это игра, и умирают там не по-настоящему, может, они верят в свою непобедимость? Нет, дело не в этом. Всё куда страшнее. Потому что половина из них просто не знает, зачем они решили принять участие в Прогулке. Это было их личное решение, но причины... причин нет. Или есть, но ребята лишь смутно о них догадываются. Впрочем, кто-то шёл с конкретной целью — умереть, а кто-то хотел поглядеть, как умирают другие. Опять же, почему?
Кинг не из тех писателей, которые создают мир, а потом не знают, что с ним делать. Он не грешит нелогичностью, глупостью и обвисшими концами сюжетных линий, как авторы современных антиутопий, но почему-то так же, как они, не раскрыл толком механизм своего мира. Вопросов больше, чем ответов. Хорошо, в этом мире есть Главный, он диктатор, и это можно понять по намёкам и ненависти мальчишек к нему, хотя прямым текстом диктатура не обозначена. У Главного есть Взводы, те же миротворцы из «Голодных игр», солдаты, чья задача - в зародыше подавить любой мятеж. Главный придумал Прогулку, как президент Сноу придумал Голодные игры, но... зачем? Там это было наказание за революции и предотвращение новых непорядков, а здесь? Участие в Прогулке добровольное. Не хочешь — не играй, не иди на смерть, а даже если ты записался, есть шанс отказаться, и тебя за это не накажут. Так в чём же дело? Почему эти мальчики так охотно участвуют — каждый год по сто человек? И зачем Прогулка нужна самому диктатору? Направить чувства людей в безопасное для страны русло, дать им хлеба и зрелищ, чтобы не восставали? Я не вижу особого смысла. Не вижу причины всем (всем!) людям вдруг превратиться в животных и жаждать чужой крови. Из недовольных режимом (а суть режима тоже не раскрыта) была лишь пара мальчишек да отец Гаррати.
Мир изображён лёгкими штрихами, и не рисуется, а только угадывается в них. Чувствуешь за Прогулкой, за словами и мыслями этих мальчишек что-то важное, серьёзное, горькое, но никак не можешь это «что-то» понять. Вопросы, намёки, недомолвки, хочется знать больше, но Кинг такой возможности не даёт. При том схематичность мира не делает его менее страшным. Мне было очень, очень страшно наблюдать за этой долгой дорогой — дети идут и падают, идут и умирают, а смерть показана как нечто само собой разумеющееся. Ста мальчишек не стало так быстро, так легко, а победитель... счастлив ли он? Вряд ли. Прогулка описывается скудным языком, без красок и эмоций, и вроде бы так автор говорит нам, что ничего особенного в ней нет, а на самом деле — это безумие. И Гаррати прошёл его до конца. На глазах у Гаррати умирали друзья, да и просто хорошие парни, меня-то смерть Макврайса и Стеббинса потрясла до глубины души, что уж говорить о нём. Как он будет с этим жить? Закончится ли для него Прогулка вообще? Для Китнисс Игры не закончились, даже когда Сноу был убит, а в стране наступил мир.
Отчаянно не хватало подробностей в этой книге, ответов на вопросы, авторского взгляда вглубь. Но даже так «Долгая Прогулка» - творение Мастера. Это не прочитывается в самом романе, скорее просто чувствуется, но... я снова преклоняюсь перед Кингом.

@темы: антиутопия, книги, любимые авторы

00:53 

«Леденцовые туфельки», Джоанн Харрис

carpe diem
Недолгим было счастье Вианн и Анук в Ланскне. Злой ветер снова подхватил их и понёс — далеко-далеко, на Монмартский холм, в маленькую квартирку над магазинчиком. Новая жизнь. Другая жизнь. Больше не будет ни амулетов, ни гадальных карт — они надёжно спрятаны в коробке под кроватью, спрятаны и почти забыты. Другая жизнь — и никакой магии. Анук подросла, ей хочется чудес и сказок, но Анук просто не понимает... магия опасна. Магия притягивает Благочестивых, словно сладкий мёд мух, магия тянет к себе ветер, тот самый ветер, который может разрушить новую жизнь Вианн, как разрушил старую. А Вианн хочет жить на одном месте. Не бежать, не спасаться от неведомой угрозы, не бояться за своё спокойствие и безопасность близких каждый день. Она хочет... стабильности, пусть даже это не совсем искреннее её желание, но ведь Вианн — мать, теперь уже двух маленьких девочек, она должна их беречь и защищать, она должно думать не только о себе, а прежде всего о дочках.
Шоколада не будет тоже. Первое время, во всяком случае. Будут пресные покупные шоколадки — ни света в них, ни особого вкуса, ни магии, самый обычный шоколад. И жизнь обычная. Квартира над магазинчиком, внимательный и надёжный почти-супруг — он способен подарить Вианн покой, без ярких красок, конечно, но этим можно пожертвовать, лишь бы Анук и Розетт жили безопасно и счастливо. Но Анук вовсе не чувствует себя счастливой. Она наконец учится в одной школе, общается со сверстниками... а надо ей совсем-совсем другое. Анук — ведьма. Летнее дитя, дитя магии, ей нужны чудеса, она хочет их творить, ими жить. Но Вианн от чудес отказалась, и в глазах Анук это самое настоящее предательство. Как же ей было не проникнуться Зози, странной женщиной в леденцовых туфлях и безумных нарядах, которая плевать хотела, что думают о ней другие, не лжёт себе, живёт как хочет... да и ведьма в придачу. Она понимает магию, видит магию и делает её сама, она может научить этому Анук, если девочка согласится.
Конечно, Анук согласилась. Как же иначе? Она выросла, но пока ещё ребёнок, одинокий ребёнок со своими проблемами, - а Янна так занята попытками уничтожить Вианн Роше и стать обычной, что не замечает истинных чувств дочери. Зози оказалась незаменима — и прекрасно знала об этом. Тёмная ведьма, страшная... а может, и не человек вовсе, просто злобный и завистливый, а ещё мучимый одиночеством, дух? Не поймёшь. Очевидно лишь одно — Зози умеет играть людьми. Умеет забирать их жизни — уж эти искусством она овладела в совершенстве. Соблазнять, очаровывать, обманывать, казаться той, в ком люди нуждаются, вызывать доверие и любовь... Зози всё это умеет, и она-то, видимо, и есть тот самый Чёрный Человек, которого боялась Вианн?
Много шоколада в этой книге, как и в первой. Много магии. И снова спасение бегством от ветра, снова желание обрести твёрдую землю под ногами — и дом. А ещё тайна самой Вианн приоткрылась, тайна её матери Жанны. «Мы сами выбираем себе семью». Это правильно, это мудро, но какая же грустная история с настоящей мамой Вианн — она всю жизнь была одна, хотя могла бы любить свою дочку Сильвиан не меньше Жанны. Снова много печальных историй жителей Монмартского холма, снова маленькие трагедии, снова милые и добрые люди — толстяк Нико, тихая Алиса, художники Жан-Луи и Пополь, которые, кажется, любят друг друга больше, чем положено друзьям... И ещё — совершенно замечательный Жан-Лу, хороший друг или даже не только друг для Анук, с его увлечением фотографией и верой в чудеса. Как ловко он разглядел гнилую душу Зози!
Почти то же самое мы видели в «Шоколаде». Но мне совсем не показалось, что я читаю по второму кругу об одних и тех же вещах. Нет, в «Туфельках» всё гораздо глубже, грустнее, а потом и радостнее, всё как-то на более серьёзном уровне, что ли. Вианн изменилась, она поразительно глуха к магии и родной дочери — но это понятно и объяснимо. Анук почти (но только почти!) отказалась от мамы и Пантуфля, но её одиночество, ревность и желание, чтобы Ру был и её отцом тоже, понятны. Понять можно всех, все вызывают симпатию, со всеми не хочешь расставаться. И Розетт замечательная — она же не говорит не потому, что больна, а потому, что просто не хочет, просто по-другому общается с миром, - и Ру замечательный — он тот же Ру, а всё-таки немного изменился ради Вианн, Анук и Розетт, он вроде бы готов осесть на одном месте с ними, своей семьёй... Только Зози очень неприятна — нет, честные и уважающие себя ведьмы не используют как материал для волшебства других людей, именно поэтому «скромная», «домашняя» магия Вианн победила. Вианн любит мир, любит свою семью и людей, а Зози людьми только пользуется и мир в общем-то, пожалуй, ненавидит. В Зози нет ничего личного, настоящего, лишь куски украденных у кого-то жизней, а истинная её сердцевина — это страшилка из сказки, злобная колдунья, жестокий дух. Ведьмы не такими должны быть.
Теперь, когда Вианн столько пережила, справилась с Зози и снова обрела Ру — может, ветер наконец успокоится? И она, наконец, будет счастлива, как заслужила? Узнаю в следующей книге!

@темы: волшебство, книги, любимые авторы

00:26 

"Безумная звезда", Терри Пратчетт

carpe diem
Если кто-то сомневался, что Великая Черепаха А'Туин и слоны у неё (него) на спине существуют на самом деле — цикл Ринсвинда, и особенно это книга, ставит все точки на i. Да, черепаха и слоны есть. Да, они плывут в космосе. Нет, А'Туин вполне осознаёт, что делает, пускай временами и кажется — он спятил. Разве нормальная космическая черепаха станет плыть (ползти?) прямо навстречу ужасной и опасной звезде? Просто вы ничего не понимаете в логике космических черепах и в условиях, необходимых для черепашьего размножения.
Ринсвинд между тем свалился за Край мира. Но очень быстро и почти безболезненно попал обратно на Диск. В первой книге меня удивляла его редкая живучесть — столько раз мог умереть и не умер, а теперь-то всё понятно: Заклинание оберегает его! Потому что Заклинания из Октаво, собранные вместе, способны натворить ужасных дел, тем более в злых, жадных, загребущих руках какого-нибудь волшебника. Чтобы этого не случилось, одно из Заклинаний должно оставаться в голове у Ринсвинда, а Ринсвинд, соответственно, должен быть при этом жив. Так что от падения за Край его спасают... но приключения бедолаги на этом не кончились. Теперь за ним гонятся волшебники Незримого университета, он летает по небу на каменной плите (которая просто не знает, что плиты летать не могут, вот же сила убеждения!), подвергается всяким опасностям и угрозам...
Но с ним по-прежнему Двацветок, неугомонный турист, и Сундук — между прочим, их с Ринсвиндом отношения немного наладились. А ещё Коэн. Коэн — это, конечно, варвар, великий воин, но не совсем такой, каким мы его себе представляли. Он слегка постарел. И теперь больше похож на старую развалинку, чем на воина. Но сила юности всё ещё прячется где-то в недрах его тощего тельца, не так он прост, как могло бы показаться, и вполне способен как за себя постоять, так и внимание молоденькой девушки привлечь!
В общем, будет весело и задорно, как всегда. И вы узнаете наконец, как библиотекарь стал орангутаном.
В цикле про Ринсвинда юмора пока ещё больше, чем мудрых мыслей, но мысли тоже есть. Есть всё: и захватывающий сюжет, и яркие (безумно!) герои, и перевёрнутые с ног на голову типичные сюжеты вроде спасения девственницы от жертвоприношения — а она-то вовсе не хотела, чтобы её спасали... На мой скромный, влюблённый в Пратчетта взгляд, «Безумная звезда» прекрасна во всех отношениях.

@темы: книги, любимые авторы, плоский мир

22:44 

"Океан в конце дороги", Нил Гейман

carpe diem
Взрослые ходят прямым, привычным путём, а дети выбирают нехоженые тропы... Потому и случаются такие истории именно с детьми. Одинокий мальчик (без имени), у которого не было друзей, познакомился однажды со странной девочкой Лэтти Хэмпсток. И дружба эта открыла ему волшебный мир.
В этом мире живут женщины семьи Хэмпсток. Они вовсе не ведьмы, но кое-что необычное делать умеют — например, вырезать из реальности кусочек, а потом аккуратно сшить края; или полную луну на небо повесить; или от злых духов свой дом защитить. А на заднем дворе у них — океан. И пусть кажется — это всего лишь маленький пруд. Почему же океан не может уместиться в пруду или, скажем, в ведре? Океан принёс Хэмпстоков сюда. Из древних, странных, неведомых мальчику земель. Так Лэтти говорит, а Лэтти всегда говорит правду и держит своё слово.
Не только волшебству найдётся место в новом мире мальчика. Страшилкам тоже. Ну какой волшебный мир без страшилок? Привязалась к нему одна такая — вошла через живую дверь в земной мир, стала няней, околдовала отца, задурила голову сестрёнке, и только мальчик видит её насквозь. Она хочет погубить его. По-настоящему. Это не просто страшилка-пугалка — жуткое создание из старых тряпок, развевающихся на невидимом ветру, оно способно разрушать жизни людей, управлять ими. А мальчик против него бессилен.
Но есть Лэтти с её не-ведьминскими чарами. Круг фей, поломанные игрушки... а самое главное — держать Лэтти за руку. Не отпускать ни за что на свете. Она полюбила этого одинокого мальчика, стала ему настоящим другом, самым первым и единственным, и она сделает всё, чтобы уберечь его от тёмной силы. Даже если для этого придётся пожертвовать своей жизнью... Лэтти не умерла, не совсем умерла, но готова была умереть. Она купила собой жизнь для мальчика. Зачем? Чтобы он жил. Изо всех своих сил жил и каждый день делал особенным, ярким, волшебным. В мире есть волшебство. Дети его видят, а взрослые — уже не очень. Но волшебство есть, даже если мальчик, став взрослым, начал забывать о нём, если ложные воспоминания встали на место истинных...
То, что было, - было. И океан в конце дороги остался океаном. Он омывает мир со всех сторон, от вечности до вечности, внутри него — безграничное знание обо всём в этой вселенной, и в сотне других вселенных тоже, внутри него — мудрость, тишина и покой. И, наверное, что-то ещё. Мы об этом не узнаем. Океан хранит свои тайны, и кому-то он лишь маленький прудик на заднем дворе фермы.
Но мальчик, который вырос, не забыл его. Именно поэтому он и дал своей кошке странное имя, для домашнего зверька явно не подходящее, - Океан.
Нил Гейман снова удивляет меня. От этой книги, как и от «Никогде», я ждала чего-то большого, но явно не этого, а он взял и преподнёс мне простую сказку о сложных вещах, волшебную историю с целым пластом разных смыслов. Он то ли философ, то ли сказочник, то ли волшебник, то ли всё это вместе взятое... и он безусловно станет моим Автором с большой буквы.

@темы: любимые авторы, книги

22:35 

"Отныне и вовек", Рэй Брэдбери

carpe diem
Где-то играет оркестр.
Брэдбери немножко отступил от земных чудес и показал нам не самый обычный город. Это город вечных людей, писателей, хранителей красоты и мудрости. Кто-то назовёт их слишком идеальными. Кто-то скажет — не бывает так, они устали бы от своего бессмертия, сошли бы с ума, покончили бы с собой, не в силах больше выносить такую долгую жизнь. И ещё, наверное, кто-то скажет, что за десятки и сотни лет жизни они потеряли бы свою человечность, писать книги им наскучило бы, и они предались бы не таким «идеальным» занятиям.
А я не согласна. Да, Брэдбери — не Глуховский с его «Будущим», где от вечности люди и правда начинали сходить с ума и превращаться в бездушных животных. Мне близка та вечность, о которой пишет Брэдбери. Она не мрачная, не холодная, не с назиданием, мол, не гонитесь, глупые человечки, за вечной жизнью... наоборот! Живите вечно, говорит нам Брэдбери, узнавайте мир, пишите книги, наблюдайте, примечайте, любите друг друга искренне, глубоко и долго, смотрите вокруг себя широко открытыми глазами. Красота и мудрость приходят с вечностью. А душа не умирает. Душе вовсе не скучно, сколько бы там сотен и тысяч лет не прошло.
Может быть, дело всё же в том, какая именно душа? Если человек не верит в чудеса, земные, настоящие чудеса, которые нас окружают каждый день и час, если человек не творит, не размышляет, не смотрит в самую суть всех вещей... конечно, ему быстро наскучит вечная жизнь. Ему просто некуда будет себя деть, не на что использовать своё бесконечное время. А если человек — творец и волшебник, если ему всё вокруг интересно, если он живёт по своим законам, сам плетёт из разноцветных ниток свою реальность... разве может он отказаться от вечности? Ему даже и этих бесконечных часов на познание прекрасного мира будет мало.
Перед Джеймсом стоял выбор. Вернуться к обычной своей жизни — или начать новую, здесь, в этом городе писателей и мудрецов, рядом с женщиной, которую он любит, рядом с людьми, которые читают и пишут книги, которые много знают и хотят узнать ещё больше. Выбор — трудный, на самом деле. Ведь жить так, как жил Джеймс Кардифф раньше — намного проще. Это обычная жизнь. Предсказуемая. Серая. И наверняка многие, кому выпал бы шанс сделать такой выбор, вернулись бы обратно, к прошлой жизни. Джеймс это тоже сделал... но исправил свою ошибку вовремя.
И теперь он будет счастлив по-настоящему. Прежде у него не было счастья. Если б оно было — не выгнал бы его странный душевный порыв из поезда на крохотную платформу в затерянном среди пустыни городке Саммертон.
Где-то играет оркестр.
Лето плывёт вперёд.
Здесь никому не спится
И больше никто не умрёт.

Левиафан-99.
Не сразу поняла, почему эти повести, такие разные, оказались в одном сборнике. Да и сейчас не совсем понимаю. Может, потому, что в них один из главных героев — время? В «Оркестре» для жителей городка Саммертон оно замерло, а для тех, кто летит навстречу страшной белой комете Левиафан, оно выкручено, вывернуто самым причудливым образом. Не сходя с борта космического корабля, можно услышать голоса из прошлого, а где-то там, под тобой, проходят эпохи, гремят самые звучные события мировой истории, люди стареют и умирают... а ты — летишь, ты — в космосе, далеко-далеко от дома, среди холодных звёзд и сияющих комет.
Космос. Такой непостижимый, странный... манящий. Очень мало читала о нём — всего лишь цикл про Эндера и «Солярис» Станислава Лема. А из фильмов — только «Звёздные войны». Почему-то мне раньше казалось — космос совсем не моё, мы не подружимся, это скучно и чересчур научно... да какое там! Это самый настоящий кладезь чудес. Не выдумка, пускай даже прекрасная, из фэнтези, не мир, недоступный нам, людям... мы сами — в космосе, а звёзды и кометы прямо над нашими головами. Это всё реально. Это всё достижимо. И Лем, и Брэдбери глядели прямо в будущее, где высадиться на поверхности другой планеты будет уже не чудом, а самой обычной и привычной вещью.
Впрочем, сколько о космосе не читай, сколько не смотри — его всегда будет мало. Он необъятен и прекрасен. Непостижим и всё-таки доступен для нашего человеческого познания. Я не знаю, каково это — бороздить бесконечные тёмные просторы, смотреть на звёзды, которые пролетают рядом с тобой, и почти касаться их руками... не знаю, но так хотела бы узнать!
История печальная. Почти притча, легенда о том, что месть никогда не приводит к хорошему. Безумный капитан корабля ослеплён не только кометой — но и своей жаждой мести. Он решил отомстить, уничтожить Левиафан — и забыл обо всём, кроме этого, подчинил этому всю свою жизнь. Но кометы, как и космос, - не враг человечеству. Космос бывает опасным, страшным, непостижимым, загадочным, он может ранить, но с ним нельзя бороться, его можно лишь принять и жить в нём, жить с ним, если мы хотим понять хотя бы малую толику тайн, сокрытых в его глубинах.

@темы: любимые авторы, книги

22:30 

"Летнее утро, летняя ночь", Рэй Брэдбери

carpe diem
Колдун Рэй создал город и населил его историями. Обычными, но волшебными. Простыми, но порой очень тяжёлыми. Они все случаются в одном городе, маленьком и уютном Гринтауне, и, может быть, случаются даже в одно время. Старики и дети. Праведники и преступники. Ведьмы и люди. Они ходят по улицам Гринтауна, сидят на верандах долгими летними вечерами, они за пять-десять страничек рассказа становятся тебе как самый близкий друг. За них нельзя не болеть душой. Нельзя не дышать с ними одним воздухом, не принимать, проживая как свои, их чувства и мысли. Они — обычные люди. А всё же — волшебники и чудаки, колдуны и безумцы. Они живут как все — и по-своему.
И ещё они безнадёжно одиноки.
Я заметила, что спутник очень многих персонажей Брэдбери — одиночество. Эти славные люди, для которых мир — кладезь историй и чудес, часто остаются один на один со своими мечтами и мыслями, и никого рядом нет, кто понял бы, разделил, поддержал, сошёл бы с ума так же... да хоть просто понял, увидел то, что видят они. Но для окружающих, в том числе жён и друзей, самых близких людей, это не больше чем глупое чудачество. Милое, смешное, порой опасное. «Самые близкие» либо не понимают и отмахиваются, либо переделывают чудаков и колдунов под себя. Так было в рассказах «Ночная встреча» и «Хлеб из прежних времён»
И самое печальное в том, что порой это работает. Чудаки и волшебники оставляют свои мечты и становятся скучными и серыми, как все прочие люди. Эти прочие могут быть и добры, и милы, и дружелюбны, им можно симпатизировать... но их нельзя любить. Они слишком обычные. Слишком скучные. А любимцы Брэдбери — не супермены, они тоже жители всяких мелких городов вроде Гринтауна, они живут, как все, обычной жизнью, только вот в этой жизни есть место чудесам. Тем самым, из детства. Слепящий свет солнца сквозь ветки деревьев, летний дождик, ветер в спину, аромат первых цветов, неспешное движение облаков по небу, шелест книжных страниц... Звуки, запахи, краски, чувства. Почти всегда — летние. Рэй Брэдбери — певец и поэт лета, хотя события не всех его произведений случаются летом. Но даже если промозглой осенью или стылой зимой — дыхание лета чувствуется где-то рядом.
Он безусловно светлый человек, который очень любит жизнь. Любовью к жизни, нет, к Жизни с большой буквы, пропитаны все его истории. Все рассказы в этом сборнике. Но как и с предыдущим сборником, что я читала, «Лекарство от меланхолии», как с летним насквозь романом «Вино из одуванчиков» - герои (а вместе с ними и мы, читатели) не только смеются и радуются, не только дышат полной грудью и любят. Бывает грусть. Бывает горечь. Бывает почти невыносимая тоска — по лету, по людям, по мирам, по чудесам... «Летняя прогулка» - рассказ, овеявший меня теплом и светом, он согрел и ослепил лучами солнца, забрызгал капельками летнего дождя, его читаешь — и улыбаешься во весь рот. Но «Всякое бывает» - рассказ печальный и безысходный, он заставил сердце болеть сожалением и даже гневом: ну почему так, почему так плохо?! Брэдбери умеет, как никто другой, смешить и бить по самому больному, радовать и печалить, вызывать то светлую улыбку и предвкушение чудес, то тёмное отчаяние и безнадёгу. Свет и мрак идут у него рука об руку. Потому что Рэй пишет жизнь.
Но и в самом мрачном мраке у Брэдбери есть лучик света. А все его герои, даже те, кто в конце концов погибли (душевно или физически) или же остались одиноки, были волшебниками. Колдунами и певцами наших, реальных, земных чудес — как и он сам. Да, он отправляет своих героев на Марс, но и на Земле ему хватает волшебства. Самого настоящего, хоть и, казалось бы, такого простого и обычного на первый взгляд. Солнце в листве, вино из одуванчиков за стеклом пыльной бутылки, объятия под дождём, старый, зачерствевший кусок хлеба из прошлого, древние коробки со всяким хламом на чердаке, встреча под тенистыми деревьями поздней ночью... Истории колдуна Рэя может понять только такой же колдун. Вечно юный, чуткий, безумно влюблённый в жизнь. Верный себе и открытый миру. Только такие люди не назовут Брэдбери слишком детским и наивным автором. Устаревшим и не нужным сейчас.
Нет. Он нужен. Он будет нужен всегда.

@темы: волшебство, книги, любимые авторы

15:02 

"Сын менестреля", Диана Уинн Джонс

carpe diem
Казалось бы, эта книга более детская, чем "Заговор мерлина", и не потому, что о детях: язык и описания проще, события, как часто в детских книгах бывает, летят с бешеной скоростью, а на подробностях автор почти не останавливается. Но если подумать... Всё очень плохо. Уже сейчас, в первой части, а дальше, наверное, будет только хуже. В начальных же главах умер Кленнен, а потом дети остались одни и оказались вынуждены спасаться бегством от суровой власти, добывать себе деньги на жизнь и заодно узнавать не самые приятные новости о родителях и политической ситуации в мире. Отец был Вестником - а они об этом не знали, мать не любила их бродячую жизнь - а они об этом не знали. Слишком много они не знали, а ведь им уже не вернуться назад, они теперь замешаны в самой гуще событий.
Дети, казалось бы, а сколько выпало на их долю. Одного из них почти казнили. Второго чуть не убили. И Дейлмарк разорван гражданскими войнами, люди живут в страхе, по дорогам с Севера на Юг уже никто, кроме странствующих менестрелей, не ездит, а правящая верхушка творит что хочет. Самая настоящая антиутопия в фэнтези-антураже. И, выходит, не такая уж она детская, эта книжка... слишком серьёзные вещи происходят.
А всё-таки Дейлмарк - волшебный мир. Он мне нравится. Дух дорог и странствий, повозка, разукрашенная в яркие цвета, выступления на городских площадях, квиддера, которая играет мысли и двигает горы, песни-легенды о древних временах и великих людях... И персонажи. Они замечательные. Кленнен-менестрель, весельчак и умелец, рыжий Морил, мечтатель, витающий в других вселенных, Дагнер, который сочиняет песни и стесняется их играть на публике, боевая девчонка Брид, молчунья Линайна, славный парень Киалан, оказавшийся совсем не таким, как мы думали... А с ними вместе - музыка. Не просто милые песенки на потеху народа, а такая Музыка, которая может менять мир по-настоящему. И Морил только узнал о такой музыке, ему ещё предстоит учиться и понимать, смотреть в глубину, размышлять о себе и мире. Он особенный мальчик, хотя ещё совсем юн и ни с какими большими делами по спасению мира связываться не хотел. Но так уж вышло, и он теперь должен. Играть и спасать мир.

@темы: любимые авторы, книги

22:25 

"Заговор мерлина", Диана Уинн Джонс

carpe diem
Диана Уинн Джонс - это сказочные минуты детства. Только я их почти не помню. Со мной остались отголоски каких-то приятных чувств, красивых картинок и волшебных приключений... вот и решила вернуться к ним, заново открыть для себя эту сказочницу-волшебницу, свежим взглядом посмотреть. Понравится ли? Приживусь ли? Хорошо будет, как в детстве, или из этих сказок я выросла?
Нет. Не выросла. Так же, как из многих других. Хорошая сказка - она и через много лет хороша, открываешь её с новой стороны, она всё та же, но как-то глубже. С этой и вышло именно так.
"Заговор мерлина" мне запомнился обложкой. Она была немного иная - тоже с этой черноволосой-синеглазой девушкой и драконом, но на сиреневом фоне... такая красивая и магическая обложка. Помнилась ещё картинка с людьми в паутине, имена Ника и Грундо... вроде бы всё.
Открыть полюбившуюся давным-давно книгу - это как брести по тёмному коридору и натыкаться на знакомые предметы. Страница за страницей - и я узнавала события, героев, даже какие-то кусочки текста. А всё равно "Заговор мерлина" меня удивил, разными вещами, начиная с того, что мерлин - это профессия, до чудных завихрений магии. Новый старый мир. И до чего ж он замечательный! Англия, но не совсем, - дивная страна, в которой гармонично соседствуют автоматы и магия. А есть ещё много разных миров, кроме неё, например, остров Романова, сшитый из кусочков, как лоскутное одеяло, или мир тёмных путей, где дорожки расходятся не пойми куда и ты можешь очутиться где угодно... ну, и повстречать там тоже кого угодно, в том числе говорящую слониху. По мирам можно прыгать, между мирами можно путешествовать... и миры, как всегда, можно и нужно спасать.
Спасение миров удивило тоже. Диана Уинн Джонс вообще любит удивлять. Главными злодеями тут оказались какие-то левые промежуточные герои, а спасителями - дети, один из которых, например, чужак-иномирец и вовсе не думал спасать, он просто хотел научиться путешествовать. Персонажи - один другого лучше: храбрая Родди, Грундо с его магией-наоборот, умница Ник, противные Иззи, загадочный Романов, дедушка Гвин, оказавшийся ни много ни мало Великой Силой... Ну и слониха, конечно, это же чудо, а не слониха! С этими персонажами весело, интересно, порой грустно, у каждого есть своя изюминка, они ни на кого не похожи и запоминаются надолго. Я их с детства помнила!
Очень добрая книга. И предсказуемой её не назовёшь, хоть добрые герои непременно спасут мир, а злые будут наказаны. В этой книге всё - особенное, и операция по спасению мира, и сами спасители, и тонкости магии, и система миров. Живая книга. Её начинаешь любить уже с первых строк.

@темы: любимые авторы, книги

20:45 

"Принц Лестат", Энн Райс

carpe diem
А что было в прошлых сериях? Даже по именам вся эта вампирская компания не вспомнилась - ну, кроме Армана, Лестата и Луи, конечно. Не хватало рядом сведущего человека, который подсказывал бы мне, кто с кем, когда, почему и в каких частях "Вампирских хроник". Не было такого человека, зато был целый список в приложении - вампиры с древности до наших дней, в порядке превращения, с указанием, кто и кого. Удобно, я хотя бы не путалась с кровными связями. А вот сами вампиры... Просто с неких пор у Райс стало СЛИШКОМ МНОГО ВАМПИРОВ. А ещё - они стали уж очень похожи друг на друга. Да, разные эпохи, страны, характеры, жизни, это здорово, а всё-таки - все они бродят по земле (или отлеживаются в оной), плачут и стенают, все они одиноки и прокляты, все мучаются сознанием своего проклятия, любят всех встречных (и обращенных ими же) вампиров подряд, при чем каждого - с одинаковой силой, теплотой и глубиной. Вроде бы у нас только Лестат мрачным страдальцем был - нет же, все без исключения вампиры (кроме разве что Виктора с Роуз) в этой книге бродят и страдают, бродят и страдают, любят и страдают, любят - и всё равно одиноки.
Да, я искренне сопереживала им. Лестату, Луи, Арману, Мариусу. В первых, оригинальных, если можно так сказать, "Вампирских хрониках". В первых частях - особо. Я ещё не знала вампирского мира Райс, мне всё было в новинку, и эти вампиры казались такими... настоящими. Со всем, что у вампира, бессмертного создания, должно быть: с муками совести, одиночеством, сожалением об утраченной жизни, завистью к людям, обращением людей в вампиров, чтоб обрести капельку тепла в не-жизни... Они, вампиры Райс, были трагичны, романтичны, одиноки. Их мир затягивал... пока не стал бесконечным.
Райс повторяется. Особенно здесь, в этой новой, с пылу с жару, книге. Вампиров стало много, и они не просто пробегают бледной вереницей в тени славного принца-паршивца Лестата. Нет, теперь почти каждый вампир получит голос - понимаете, почти каждый из Детей Крови, и каждый одинок, каждый мрачен и трагичен, у всех своя история... уникальная во многом, конечно, но вообще одна и та же на всех. Одиночество. Проклятие. Если показать это в нескольких образах, как и было с Лестатом, Луи, Арманом, Мариусом, - будет хорошо. Но если показывать это ВО ВСЕХ вампирских образах - будет плохо, скучно и уже ни капли не сопереживательно. Рошаманд, Антуан, Грегори, Фарид, Сет и многие другие - ну зачем их столько? Я запуталась в них. Не запомнила каждого, не прониклась каждым - но это и не получится, если делать рваное повествование со множеством героев, где ни один (кроме Лестата, само собой) не раскрыт в нужной степени. В целом о новых вампирах я узнала лишь то, что они одиноки. И прокляты. И любят друг друга.
Вампирская любовь - еще один странный элемент в этом цикле. Она, конечно, трогательная. Глубокая, необычная, сложная. Крепкие связи. Нерушимые узы. Но... если такие узы связывают того же Лестата СО ВСЕМИ, они просто теряют смысл. Меня пронзила своей нежностью сцена, где Луи говорит Лестату: "Сердце моё принадлежит тебе" и называет его "возлюбленный мой создатель, мой принц" - и с чувствами Луи всё хорошо, ведь он так любит одного Лестата, но, когда Лестат тому же Луи нашёптывает ласково: "Я Лестат, твой Лестат, тот самый Лестат, которого ты всегда знал" и признаётся ему в любви - это уже никак не трогает, никак. Мы ведь знаем, что так же, как для Луи, Лестат "твой Лестат" ещё для многих и многих вампиров. И слова любви он говорит так же многим. Женщинам, мужчинам, всем. И, может, меня должно восхитить большое вампирское сердце Лестата, которое способно на такую глубокую любовь к разным-всяким вампирам, но не восхищает. Разве что любовь к Роуз - милая, тёплая и настоящая.
С вампирами и чувствами вампиров как-то плохо. Зато в этой книжке есть духи! И нам раскрыли главную тайну всех "Вампирских хроник" и "Мэйфейрских ведьм" заодно - кто же основал орден Таламаска, в конце концов! Это было и правда интересно. Ну и ещё неплохая нотка в завершение цикла - вампиры не прокляты, они могут жить и любить жизнь, они такие же живые, как люди, и не должны проклинать себя, Кровь и весь белый свет. К этому разумному выводу бедный Лестат шёл аж с первой части. Сам Лестат изменился, стал... серьёзнее, что ли, как-то вдумчивее в некоторых моментах, хотя всё равно паршивец, что с него взять, это ж Лестат, которого мы знаем и любим. История с Голосом, который хочет жить и чувствовать, хороша - но уж слишком растянута. Идея вампирам объединиться в единый клан и жить мирно-дружно-свободно - опять же, как завершение цикла хороша, но пусть это в самом деле будет ЗАВЕРШЕНИЕ ЦИКЛА. А вообще... я отдыхала с этой книгой. Не столько следила за событиями и героями, сколько медитировала. Неспешный, красивый, сочный язык Райс, её подробные, музыкальные описания замедляют мысль, окутывают собой и прекрасно успокаивают нервы. Книга как лекарство для уставших мозгов, пожалуй, так. И смысл в ней, как в продолжении, конечно, был. Но на этом Райс пора уже поставить точку и написать что-то другое.

@темы: вампиры, книги, любимые авторы

00:31 

"Страна радости", Стивен Кинг

carpe diem

Мне казалось даже - я читаю не Кинга. И не то чтобы я думала о нём как о мастере ужасов и ТОЛЬКО ужасов. Нет, я знаю, что Кинг может быть разным, но Кинг, знакомый мне (а может, я ещё мало у него прочитала?) - это тёмный, мрачный Кинг. Конечно, идеи и установки у Кинга светлые, без надежды и лучика света не помню ни одной истории, без каких-то самых важных и вечных вещей в жизни человека: любовь, дружба, вера, сила воли, характер, храбрость... И всё же мрачного - немало. Мистического, страшного, жуткого, нагнетающего и вылезающего из-за угла. Мастер Ужаса, в конце концов!
"Страна радости" напомнила "Зелёную милю" - не сюжетом, не героями, а ноткой горечи во всём. Смертельно больной мальчик. Мама, которая потеряет его, как бы сильно не желала сохранить. Именно эта линия для меня была самой главной - не убийство, не призрак в "Доме Ужасов", не безумный маньяк. Энни и Майк. Девин и его любовь к ним обоим. Серьёзные, новые для мальчика чувства - и вот он уже не мальчик, а взрослый мужчина. История человека, обычного человека, а всё-таки - необычного. Девин учится в универе, любит свою подружку, подрабатывает там и тут... и однажды его жизнь совершает резкий кульбит через голову и меняется. До неузнаваемости. В эту жизнь вторгается парк "Страна радости", и он - ещё одно главное в этой книге.
Аннотация, да и в общем слава Кинга Мастера Ужасов, заранее убедили меня, что парк будет ужасен и загадочен. Может, там работают клоуны-убийцы, как Пеннивайз, или фокусники-маньяки, или в подвале хранятся трупы, или... ой, да мало ли что Кинг сумел бы сотворить с парком развлечений! Такая благодатная тема. Но "Страна радости" была хоть и с одним жутким маньяком, а всё равно - страной радости, местом, где продают веселье. Она, эта страна, сделала очень счастливым одного мальчика-калеку, да и множество детишек до него и после него. Ярко раскрашенные павильоны, быстрые карусели, Пёс Хоуи, радужные цвета, улыбки, смех... Кингу удалось создать не по-кинговски солнечное, светлое местечко - и пусть даже там есть призрак и маньяк.
Очень добрая книга. Горькая, но добрая. О поисках себя. О взрослении. О любви. О дружбе. О людях. О том, как мальчик, прикованный к земле, хотел летать - и как ему это в конце концов удалось. Книга о жизни. Мастер Кинг удивил, как всегда, - читала книгу на одном дыхании и не могла остановиться!

@темы: книги, любимые авторы

23:11 

"Гимн", Айн Рэнд

carpe diem

И я не есть средство для достижения целей других. Я не служу ничьим желаниям. Я не бинт для их ран. Я не жертва нa их алтарях. Я человек.

Это почти сказка. Страшная сказка о нашем будущем. Акценты расставлены предельно четко и однозначно. Коллективизм, "мы" - зло. Индивидуализм, "я" - добро. Так и должно быть. Эта история не обязана походить на "О дивный новый мир", или "1984", или любую другую антиутопию. Айн Рэнд поставила себе цель как можно более полно и ясно выразить идеи индивидуализма и свободы личности - и она это сделала. Может быть, с неким ущербом для правдоподобности, но ей надо было вложить в мысли и слова своего героя Идею, и она это сделала, а значит, своей цели достигла. Не все ли равно, что мир слабо обрисованный, а герой слишком уж быстро начал говорить философскими категориями и глубокими понятиями? Это не важно. Важнее, что за герой, что за мир. Имеем ли мы реальные шансы угодить в жуткую сказку Рэнд.
Мир без личностей. Мир без технического прогресса. Застывший, бесцветный мир. Ни одного имени в нем нет, ни одного конкретного названия. Совет, Исправительный Дворец, Дом Бесполезности... обезличенные, неживые слова, а людей зовут Равенство, Братство, Интернационал и тому подобные лозунги. Это лозунги. Постулаты. Здания, имена, вообще все реалии этого "картонного" мира работают на то, чтобы сделать его как можно более пустым. Бессмысленным. Бездуховным. Застывшим. В лозунгах все застыли и даже достигнутое предками потеряли. Прогресс не просто не идет вперед, он идет назад. Достижения и открытия забыты, всё, даже обычный огонь, приходится открывать заново, и если огонь людям нужен, то электричество - опасно, ужасно, запретно. Всего нового и необычного они боятся, эти роботы-люди со схематичными именами.
Но где-то в душах людей, где-то над ними летает еще не убитый, еще не совсем забытый дух свободы. "Нельзя уничтожить Человека" - говорит Рэнд. Человек с большой буквы живет в каждом человеке с маленькой, нужно только коснуться его, пробудить от долгой спячки. Нажать спусковой крючок. Любая мелочь может запустить процесс обращения твари дрожащей в Человека. Так и случилось с героем. В нем ищут мотивацию, причины, предпосылки, но в "сказочном" мире Рэнд именно неубиваемый человеческий дух и есть главная причина. Причина всего. Свободу в людях можно покорить, можно притупить лозунгами и правилами, но не вытравить до конца. Однажды Человек поднимет голову и заново откроет для себя мир.
Открытие мира. Медленные, осмысленные поиски потерянного слова "я". А вместе с ним - свободы, личности, любви, силы, гордости. Человечек без имени становится Прометеем - и уходит, чтобы сотворить свой, настоящий и свободный, мир. Да, он говорит слишком для него высокими словами, но ведь так и нужно. Прометей - носитель истины в этом мире, носитель всех заново открытых важных идей. Так и должно быть. Иначе быть просто не могло.
Всю эту маленькую повесть можно разбирать на цитаты. И по ней бесконечно говорить о зле коллективизма. Страшная сказка Рэнд - страшная правда, и мы приближаемся к ней. К торжеству общества над личностью. К жертвенности и служению общему благу. К потере индивидуальности и слова "я" - сильного, яркого слова, - в угоду серому, безликому "мы". А самое интересное в книжке Рэнд, то, чего еще не было в других антиутопиях, - регресс. С потерей индивидуальности замирает и развитие, и никакие новые технологии не могут быть придуманы, если любая личная инициатива в корне душится. Такой мир - замерший, неподвижный, обезличенный, - не может развиваться; он либо стоит на месте, либо медленно падает вниз.

@темы: айн рэнд, книги, любимые авторы, философия

00:47 

"Финт", Терри Пратчетт

carpe diem

Это не полюбившийся мне Пратчетт с его безумным Плоским миром, но Пратчетт все тот же самый. Пратчеттовский. Не знаю, как еще сказать. Мы в Лондоне, не в Анк-Морпорке, и Финт тоже не Сэмюэль Ваймс, но душа пратчеттовская во всем этом чувствуется. И в грязных, мокрых, недобрых улицах здешнего Лондона, и в жизни не самой радужной, и в герое не самом, скажем так, героическом, и в юморе. Юмора, правда, меньше, чем обычно дает Плоский мир, это более серьезная, глубокая история, и потому она совершенно пратчеттовская. Пратчетт же всегда серьезен. В своем особом, пратчеттовском стиле. Вроде шутит, вроде забавности всякие нам рассказывает, а поглубже вчитаешься - и уже не так смешно, а скорее грустно и больно.
Похождения Финта немного похожи на похождения Ричарда из "Никогде" и много похожи на целую серию таких же историй-похождений. Тут и Диккенс мимо проходил (не Диккенс-персонаж, а Диккенс-писатель), вещь в его духе. Простой мальчишка из самых низов поднялся до уровня аудиенции с Ее Величеством королевой - а все злодеи либо мирно сидят в тюрьме, либо мирно покоятся в земле. История на первый взгляд простая и даже, хм, слегка предсказуемая, но не так уж это и важно. Мы не за выкрутасами сюжета следить собрались, а за Финтом.
Финт такой один. Из породы финтов необыкновенных. Не образец добродетели - как раз-таки большое различие с героями Диккенса. На первый взгляд в нем вообще нет ничего привлекательного - и грязный он, и плутоватый, и без особых моральных качеств... не замечаешь, как Финт уже крепко держит сочувствием и симпатией к себе. Он же такой один. Финт. Парень с мозгами, что даже в суровом Лондоне не пропадет. Он умеет выкручиваться - да-да, финтить, находя выход из самых безнадежных положений, а еще он честен и прям, даже порой излишне прям, говорит что думает (кроме случаев, когда правду нужно утаить либо исказить) и живет так же просто и ясно. Финт не привык прятаться за масками и долго над чем-то раздумывать. Ему выживать нужно. Что он и делает с большим успехом.
А самое важное и самое хорошее в нем - его особая доброта. Трущобная такая, уличная, грубоватая и с оговорками, но безусловная доброта - не смог Финт спокойно смотреть, как бедную девушку избивают какие-то левые мужики. И эта вот доброта перевернула жизнь Финта с ног на голову. Не случайность, не стечение обстоятельств, а именно доброта - другой на месте Финта наверняка решил бы не связываться или просто не обратил бы внимания на чужие проблемы. Финт по-особому добр, Финт вроде и хочет иной жизни, а вроде и здесь ему неплохо, Финт умный и разумный человек, Финт умеет соображать быстро и верно, и вот это интересное сочетание черт привлекло к нему Симплисити. Казалось бы - где она, а где он? Такие неравные отношения обычно по-дурацки пишут, но здесь я верю. Девушка - не трепетная фиалочка, а юноша - не оборванец-грубиян. Они и правда подходят друг другу.
Весьма порадовала мешанина известных лиц - интересно, а с реальности ли списаны их характеры? Мне вот чрезвычайно нравится такой справедливый, честный, но очень даже нахальный Диккенс. Дизраэли, Пиль, Анжела - прекрасны. И Соломон. Пожалуй, самая яркая (после Финта) здесь фигура. Не зря его назвали так - он по-своему мудр и добр. И другие, мимолетные, люди улицы - обделенные, бедные, без денег и крыши над головой... а живут же как-то. Живут и даже себя сохранять в этой нездоровой атмосфере умудряются.
Не знаю, зачем ругать сюжет за некую предсказуемость - это так не важно здесь. А важна история мальчишки с улицы, который своими мозгами и усилиями добился больших высот, сам того в сущности не желая. И еще, конечно, эпоха, этот грязный, мокрый, неприветливый Лондон, живущий в романе Пратчетта вполне себе настоящей жизнью.

@темы: книги, любимые авторы

20:06 

"Санта-Хрякус", Терри Пратчетт

carpe diem

НАМ ПРОСТО НУЖНО НАУЧИТЬСЯ ВЕРИТЬ В ТО, ЧЕГО НЕ СУЩЕСТВУЕТ. ИНАЧЕ ОТКУДА ВСЕ ВОЗЬМЕТСЯ?

Мне было смешно уже с аннотации. Я знала, что, чем дальше, тем смешнее будет, но просто сама картинка "Смерть в роли Санты" - нервный смех. Истеричный и слегка жутковатый. Сэра Пратчетта так только и читаешь - с неадекватным хихиканием. Простите меня, мои бедные соседи!
Однажды, в студеную зимнюю пору, некоему разуму в форме призрачных одеяний взбрела в голову (ы) мысль убить Санта-Хрякуса. Накануне Страшдества, когда добрый старикан с кабанами (не оленями, олени - это моветон) больше всего нужен детям. Дети на Плоском мире - такие же дети, они верят, они ждут праздника, они вели себя хорошо и просят, ТРЕБУЮТ, своих заслуженных подарков. А даритель-то как бы исчез. А на Плоском мире кризис веры.
Кто вернет утерянное равновесие? Кто заменит добродушного старика? Ну а кто еще, если не Смерть? Кому еще, в самом деле, так важен дух Страшдества, как не тому, кто вообще о нем ничегошеньки не знает, кто вообще не человек? И надел Смерть красный костюмчик. И сунул Смерть под него подушки, ибо скелетообразная форма далека от привычной санта-хрякусной. И взял себе Смерть Альберта (охотника до алкоголя, между прочим) в качестве страшдественского эльфа. И вышел Смерть в мир - уже в который раз. И началось веселье... безумное, безумное веселье...
Хо-хо-хо.
"Смерть заразился человечностью". Безнадежно заразился еще в первой своей книге. А потом уж и вовсе стал больше человеком, чем многие люди. Подумать только - Смерть пытается сохранить дух Страшдества, подарить детишкам настоящий праздник и вернуть в мир веру, ведь без веры и мира не будет... Почему бы Смерть должны занимать столь мелкие, незначительные вопросы? Почему бы Смерти быть озабоченным не смертью, а жизнью? Альберт еще намучается со своим хозяином - он безнадежно, совершенно очеловечился, и чем дальше - тем хуже болезнь. Я представляю себе жизнь Альберта. Это бесконечный и глубокий фейспалм на каждую выходку Смерти - а эти выходки с каких-то пор просто не кончаются. "А что, если..." - по такому девизу теперь живет Мрачный Жнец. А что, если побродить по человеческим селениям? А что, если вообще удалиться от дел? А что, если спасать людей? А что, если стать Санта-Хрякусом?
Вас ждет безумное Страшдество. Настоящего Санта-Хрякуса нет, и вера свободно разливается в воздухе. У нас уже вырывалась на свободу магия, музыка, пора бы и вере заявить свои права. Из гуляющей веры рождаются: гномы, боги, монстры и вообще всякие странные существа. Это безумное и даже дикое Страшдество, ведь можно создать воистину ЧТО УГОДНО. Санта-Хрякуса нет, но недостатка в магических тварях и людях не будет.
К веселому страшдественскому карнавалу присоединились дурные волшебники Незримого Университета (много штук), боги (одна штука) и даже ангелы. А так же непонятные одеяния, воры, убийцы, стражники... всем будет весело и задорно. И слегка неадекватно. Но мы же имеем дело с творением сэра Пратчетта, мы привычные, умудренные опытом люди, нас как будто ничем не удивишь...
КАК БЫ НЕ ТАК ХО-ХО-ХО.
Удивлению моему не было предела. Я уже видела все... кажется, все... да только вот один товарищ Чай-Чай глубоко поразил меня в самое сердце, что уж говорить о Перепое, чудо-ванне, умной машине Гекс и прочем, прочем, прочем.
Ах да, чуть не забыла о Сьюзен. Сьюзен, как и дедушка, пытается быть человеком. Обычным человеком с обычными человеческими проблемами. Никаких скелетов, ГРОБОВЫХ ГОЛОСОВ, песочных часов и говорящих воронов. Ничего странного и необъяснимого. Только простые, в высшей степени банальные вещи. Но куда уж денешься от наследственности? Даже в своей "обычной" жизни Сьюзен кочергой охаживает всяких подкроватных тварей, а когда придет время... Внучка Смерти - это внучка Смерти, как бы сильно ей ни хотелось стать кем-то другим. И она, конечно, любит своего непредсказуемого дедушку - со всеми его причудами. Ведь он не может иначе. Теперь уже не может. Он стал слишком... человечной Смертью.
И в отличие от нас, людишек, таких занудных и приземленных, Смерть понимает одну важную вещь. Важнейшую. Мир держится на вере. Без веры и мира не будет. Еще раз:
НАМ ПРОСТО НУЖНО НАУЧИТЬСЯ ВЕРИТЬ В ТО, ЧЕГО НЕ СУЩЕСТВУЕТ. ИНАЧЕ ОТКУДА ВСЕ ВОЗЬМЕТСЯ?

@темы: книги, любимые авторы, плоский мир

22:22 

"Творцы заклинаний", Терри Пратчетт

carpe diem

В предшествующих циклах у нас уже были: великий командор Стражи Сэмюэль Ваймс; не менее великий и ужасный Смерть; совсем не великий, а мелкий и трусоватый волшебник Ринсвинд. Новый цикл, новая история. И начинается она, нет, даже бешено и ярко взмывает в небо чудо-девочкой из затерянного в горах городка. Скорее даже деревушки. Эскарина, девять лет от роду. Восьмой сын, то есть дочь, восьмого сына. Волшебник. Ведьма. Ведьма-волшебник. А в довесок к Эскарине идет посох магический, необыкновенный, разумный и капризный, сильная такая конкуренция Сундуку.
История взмывает в небо, стартует на самой искрящейся ноте, ведь что такое первая девушка-волшебник на Плоском мире? Это беды. Беды, неловкие моменты, приключения, происшествия и тьма-тьма-тьма всяческих удивлений. Вот уж что умеет Эскарина Смит, а проще Эск, так это удивлять неподготовленную публику.
Жизнь изо всех сил уносит ноги от Эск. А Эск гонится за жизнью, хватает и вытрясывает из неё приключения, удивления, яркие события. Жизнь девочки в родном Ланкре была слишком скучна. Горы да леса, семь братьев и ровным счетом ничего интересного. А потом на девочку нежданно-негаданно свалилась МАГИЯ. Самого разного толка. Тут вам и ведьминская головология вперемешку с силами природы, тут вам и поистине безграничная сила волшебников. Эск не решила, ведьмы или волшебники ей более по душе, и просто вознамерилась стать ведьмой-волшебником. Или волшебником-ведьмой. Всего навсего сделать то, чего еще никто и никогда прежде не делал. Почему бы и нет, в самом деле? Почему нельзя? А ведь ни волшебники, ни ведьмы не могут ответить на сей легкий вопрос. Причин-то нет. Так повелось, волшебники снисходительно презирают ведьм, а ведьмы - волшебников... Но появится дурная Эскарина и перевернет устоявшийся порядок с ног на голову.
Пустилась Эскарина Смит в путешествие до Незримого Университета. Ловя по дороге всякие разные события на свою голову. События от неё убегали как могли, но в целом без толку. А с Эскариной и её посохом вместе отправилась боевая матушка Ветровоск. Боевая, твердая, как скала, несгибаемая и неумолимая в обращении со всякими там аркканцлерами. Аркканцлер здесь, кстати, другой, и я не знаю, до или после Чудакулли он, скорее всего, конечно, до. Но и в прежние времена Незримый Университет был прекрасен и безумен. Сумасшедш и напитан магией. Одни только живые книги в библиотеке - самая дивная магия!
Мы узнаем новые и неожиданные вещи о магии. Оказывается, она не только волшебничья и ведьминская бывает. Она еще и притягивает к себе неких жутких Тварей из невидимой вселенной. Твари выжидают, Твари наблюдают за искрами волшебства в нашем мире - и жаждут, алчут вырваться из своей холодной вселенной в нашу. И еще магия бывает... другая. Не такая, к которой привыкли все ведьмы и волшебники. Просто взять и поглядеть на неё с другой стороны... и надо же, не мудрые волшебники-мужчины сумели это сделать, а первая в мироздании девчонка-ведьма-волшебник.
Но это же Плоский мир. Каков там шанс девочке обрести исконно мужскую магию? Каков там шанс этой девочке спасти мир и всё вообще с ног на голову перевернуть? Один на миллион. На Плоском мире именно этот шанс срабатывает почти во всех случаях.
А матушка и аркканцлер нашли общий язык - их свела память о юных годах среди гор и лесов. Они идеально подходят друг другу.

@темы: любимые авторы, книги, плоский мир

21:28 

"Цвет волшебства", Терри Пратчетт

carpe diem

Я и не ждала, что первая книга о Плоском мире, тонкая, вроде бы не дававшая особых надежд книга, покажет нам ВЕСЬ Плоский мир сразу. Это же нонсенс, господа. Стража обитала почти в одном Анк-Морпорке, Смерть обитал много где, но не везде, а чудной волшебник Ринсвинд за одну свою книгу проехал-проплыл-прошел-пролетел ВСЁ, что на Диске есть. Ну почти всё. Упущенные страны-города не в счет. Просто вдумайтесь - и на Краю был, и за Краем был, и в море был, и в небе, и где только не... Мой любимый Анк-Морпорк еще не совсем тот. Его и сожгли-то на первых страницах. Но там уже есть: несгибаемый, как скала, патриций, безумные волшебники, не менее безумные люди, стража, тихо обходящая все беды по дальним улицам. Вот же он, лучший город на Плоском мире, рождается прямо на моих глазах. А пока рождается - мы идем гулять по другим, не менее странным, местам. А то и более.
Новый цикл, новый персонаж. Ринсвинд - песня. Смешная. Трус и неумеха - раз. Всего нового не любитель - два. Горе-колдун - три. Владелец жуткого и неизвестного заклятья - четыре. "Где-то в чем-то волшебник" (с) Ветинари, и это самое лучшее определение из всех. Одна беда с этим Ринсвиндом - и колдовать не умеет, и духу авантюризма чужд. Зато Смерть за ним каждый раз приходит и взять себе никак не может. Благодаря некому выверту мироздания Ринсвинд неумираем и неубиваем. Бедный Смерть. Я так тебе сочувствую, честно.
К Ринсвинду в комплекте идут другие колоритные персонажи. Это Двацветок, турист обыкновенный, и Сундук, сундук необыкновенный. Двацветку нужно хлеба и зрелищ, он, как ребенок, мчится на поиски любых доступных чудес, и даже пьяные варвары в таверне - это чудо, и угроза смерти - чудо, и драконы, и падение за Край, и вообще ВСЁ. Любопытство Двацветка не имеет границ вовсе. Ему всегда мало. И этот мир - мало, надо лететь к другим мирам, другим вселенным... "Звезды. Миры. Чертово небо буквально набито мирами. Планетами, которые никто никогда не увидит. Никто, кроме меня". Ну разве не потрясающе? Жажда знать и ведать - огромная, а страхов - никаких. Нам всем есть чему поучиться у этого маленького туриста...
Сундук с ножками и острыми зубами, верный страж своего хозяина, тоже прекрасен. И найдет Двацветка на Краю света. С этими двумя жизнь Ринсвинда весела и задорна, хотя он того совсем не хочет. С первой же встречи этих троих начались сплошные приключения, а именно: драконы, боги, безумные жрецы, магия, пожар, водяной тролль, гора вверх тормашками, другие миры... Галопом по Европам Пратчетт в первой же своей книжке сделал обзор на всё: и космос тут, и звездная бесконечность за Краем, и темное обиталище Смерти, и континенты самые разные, и даже мир богов, где гремят игральные кости и решаются судьбы людей. Это все быстро, странно, безумно, смешно, а еще не очень ясно, как он это делает, сэр Терри? Как выдумывают один феерический финт ушами за другим, как держит все эти финты на грани разумного? Именно на грани, тонкой, хрупкой... потом она у него обратится в нотку горечи и правды, а пока - бурное веселье, да здравствует Ринсвинд!
Что ж, я довольна первой книгой. Да, она послабее других. Но Пратчетт только раскачивается, вертит свой мир так и этак, входит в свою фирменную стезю "торжество абсурда с правдой вместе". И можно смело ждать, что цикл про Ринсвинда окажется не хуже, чем Стража и Смерть... в конце концов, такому человеку, как он, жить спокойно сэр Терри не даст. Любой тихоня в Плоском мире, который всего-то хочет жить спокойно и подальше от всяких бед и безумий, с самой точной вероятностью влезет в эти самые беды и безумия по самое не могу.

@темы: книги, любимые авторы, плоский мир

01:13 

"Мы", Дэвид Николс

carpe diem

Дэвид Николс один такой у меня. Я не люблю повседневность в книгах, но так он пишет её, что я зачитываюсь, и не просто терплю - хочу еще и еще. Как ему удается? Про самых обычных людей в "Одном дне" написал так, что я дважды перечитывала. А здесь уже и люди не такие обычные, и темы куда более серьезные, и вообще уровень повыше. Но я чувствую нечто фирменное. Отпечаток автора на этой книге. Легкость. Не содержания, а изложения... о серьезных и горьких вещах он пишет легко, свободно и с юмором. Горечь - это "Один день", "Мы" - больше юмор и легкая, почти воздушная история о том, как семья ездит по Европе, а герой, супруг и отец в этой семье, вперемешку с настоящим ведает прошлое. Как он встретил свою чудесную жену. Как все было До Конни и После Конни. Как изменилась его жизнь... и как меняется теперь.
Дугласа все называют скучным занудой, а я его люблю. Он же такой прекрасный. Как живо, весело, ярко он рассказывает о семейном турне, как задорно говорит о своих ошибках и неудачных шутках, о современных полотнах, о походах по музеям, о случаях из жизни. С высоты прожитых лет, мудрый, нашедший себя, он может так говорить. Может рассказывать свою историю. А история эта, пусть такая обычная, такая повседневная, не похожа ни на одну другую. Потому что Дуглас - ученый-химик с безудержной любовью к умным книгам, а Конни - художница, которая любит романы и на одной волне с сыном-подростком. А сын у них - ищущий себя оторва, в семнадцать лет удрал от предков не абы куда, а в другую страну. И не одну. Это очень необычная семейка, на самом деле. И всё у них тоже - своеобразное, особенное... даже скучные события вроде семейных ужинов здесь - нечто. Все семьи разные. Все люди разные. И если уж люди яркие, то и семья у них получается непростая. Веселая жизнь Конни с Дугласом. Веселая, разная, яркая. Изменения, перевороты, переезды, путешествия...
Хотя проблемы обычные. Муж и жена любят друг друга, но что-то не так. При том у мужа все в порядке, а "не так" чувствует одна жена - и хочет избавить себя от него. Развестись. Муж не согласен, и вся семейка едет в турне, воскрешать прежние чувства, возрождать семью. А сын, как мы помним, у них оторва та еще... Вопросы отцов и детей, воспитания - это, конечно, одна из главных тем. Один из видов отношений, о которых здесь пишет Николс. Отцы и дети. Дуглас и Алби. Почему родители так ошибаются и так поздно осознают свои ошибки? Почему, любя невероятно своих детей, они дарят им не любовь, а наставления, назидания, упреки? Почему в какой-то миг они понимают - а связь-то между ними и ребенком делась куда-то, а нет её больше, а как вернуть, а можно ли вернуть вообще? Не нравится мне тут поведение обоих родителей. Конни любит Алби и пускает его как пылинку на ветер - пускай летит, куда ей вздумается. Дуглас любит тоже, но показывать свою любовь не умеет. Им бы золотую середину... нечто среднее, по кусочку от того и другого. Но Алби сбежал, не вынес. Мальчик по-своему интересный, да, - и бунтарь немного, и фотограф, и даже гей, но такая вот распущенность ("Я уехал, оставьте меня в покое, не звоните/не пишите, адьос") в семнадцать лет не очень понятна. Вернее, не понятно, как родители это допускают.
Отцы и дети. Мужья и жены. Дуглас мучительно пытается понять своего сына, и заодно - свою жену. У них все было так хорошо. Что ей надо, думала я, чем её так не устраивает Дуглас. До сих пор не совсем поняла, что же, но, наверное, Конни просто устала. Выносить вечно злого, усталого мужа. Задыхалась в его строгих (невольно) рамках - и, выходит, зря бросила рисовать, ведь это было её призванием. Она была счастлива с Дугласом... и все же - не до конца, раз тропинка жизни привела её опять к Анджело. Кажется, в браке ей не хватало свободы.
Столько лет прошло... но время не потеряно. Они дали друг другу, что могли, и тихо, мирно, спокойно разошлись в поисках чего-то другого. Так бывает. И мне нравится, что у Дугласа с Конни все так... тихо. Без лишних нервов и слез. Они - взрослые люди. И, вот что здорово, в свои пятьдесят с хвостиком лет даже не думают терять интерес к жизни. Мы старели, покрывались морщинами, пишет Дуглас, но в душе были все так же молоды. Это видно по языку, манере повествования. Дуглас явно не говорит как мужчина в возрасте. Зануда, профессор, ученый, а в душе - молодой парень, который и пошутить может, хотя шутки у него зачастую не смешные.
Ну, и нельзя обойти вниманием тему искусства. Она красной ниточкой проходит через всё. Музеи, галереи, выставки... точки на карте, где искусство классическое, искусство современное, искусство всякое. и еще за то люблю этот роман Николса, что здесь Дуглас рассказывает не об одних поцелуях и постелях, а, боже мой, наконец-то о разговорах, общих поездках, книгах, фильмах, музеях и так далее. Наконец-то я вижу пару, которая живет чем-то, кроме поцелуев и постели.
Слава тебе, Дэвид Николс.

@темы: книги, любимые авторы

17:57 

"Лекарство от меланхолии", Рэй Брэдбери

carpe diem

Брэдбери будет моим личным колдуном. И лекарством от меланхолии. Когда читаешь его - хочется жить. Жить, творить, лететь на Луну, покорять космос... Брэдбери - колдун. С самой бурной на свете фантазией, с самой светлой душой. Вера в нас, землян, водит его волшебное перо по бумаге, вера в полет, развитие, достижение... он верит, что мы дотянемся до всех звезд, верит, что мы обретем еще тысячи домов на Марсе, Венере, бог знает где, он верит, что все мы - будничные волшебники, умеем хотеть и мечтать. И достигать. Герои его чудесных рассказов - такие, как мы. Ник, Джордж, Боб, обычные люди, которые мечтают о необычных вещах. Марс. Путешествия во времени. Почему бы и нет?
Под пальцами колдуна Рэя рождается мир, где может быть все, что угодно, все самое безумное и красивое, все сказки и страшилки. И о чем бы он ни писал - о Марсе, о чудо-костюмах, о чердаке, о монстре под кроватью, таким светом плещет из рассказа, такой добротой, теплотой, верой... таким ярким огнем. Казалось бы - рассказ, две-три странички, короткий сюжет, один герой, а эти рассказы вбирают в себя целый мир, и в каждом - разный, в каждом - особый, но в каждом - волшебный. Летите - говорит нам Брэдбери. Летите, мечтайте, достигайте, вперед, вверх, только не будьте скучны и обычны, скука - не для вас, застой, привычка, обыденность - не для вас, летите в небо, на Марс, на другие планеты и звезды, летите! Любой рассказ в этом сборнике - сгусток чуда и счастья. Читаешь и наполняешься ими. Счастьем и верой в чудеса. Брэдбери - ветер в лицо, ветер в крылья. Прыжок в холодную реку. Освежает, ободряет, вдохновляет... дает силы летать.
А Нора Галь - лучшее, что могло случиться с Брэдбери в России. Она словила и облекла в легкую речь его язык - тоже легкий, воздушный, ясный, без лишних слов, струящийся, как вода. Рассказы в её переводе хочется читать вслух. Слушать, как они звучат. А звучат красиво. Легко и волшебно. Бездна смысла в какой-то сотне слов - так уметь надо, тут особый талант нужен.
Все рассказы хороши по-своему, но я бесконечно люблю "Запах сарсапарели" с его чердаком - порталом в другое время, марсианские "Земляничное окошко" и "Были они смуглые и золотоглазые", антиутопию в миниатюре "Улыбка", самые летящие из всех "Икар Монгольфье Райт" и "Конец начальной поры" - и еще "Пришло время дождей", просто дивную вещь о старости и музыке. Все эти миры, заключенные в рассказах, стали мне как родные, и я точно буду перечитывать ни раз, и точно буду любить Брэдбери до скончания века.
Любовь с первых слов. Спасибо за чудеса, мой любимый колдун.
Это был даже не отзыв, а просто тихий вздох восторга прекрасному автору.

@темы: любимые авторы, книги, волшебство

главная